Возродить и сохранить породу Тазы смогут только охотники

Опубликовано Qansonar в

Возродить и сохранить породу Тазы смогут только охотники

О положении казахских пород собак – тазы и тобет – говорится не одно десятилетие. Принималось множество постановлений и программ, но ситуация не улучшалась. Дошло до того, что тазы предложили внести в Красную книгу Казахстана как исчезающий вид! Это в стране, где борзая собака веками считалась одним из главных богатств и сокровищ народа (Жеті қазына).

 И только в прошлом году президент Токаев инициировал, а парламент принял Закон о сохранении и воспроизводстве казахских пород собак. Появилась реальная надежда, что уникальные породы будут не просто сохранены, а приумножены и, скорее всего, объявлены «нематериальным национальным достоянием». Кроме того, Казахстан будет закреплен в статусе страны происхождения данных пород в Международной кинологической федерации (FCI).

Но сначала предстоит подготовить пакет законодательных норм для сохранения и восстановления пород тазы и тобет.

О том, как лучше организовать эту большую и сложную работу, размышляет главный охотовед ОЮЛ «КазахОхотРыболовСоюз» Сергей СОКОЛОВ.


Чиновники и охотники

 – Отрадно, что президент поручил правительству заняться этим наболевшим вопросом, потому что уровень «культуры государства» во многом определяется сохранением национальных специфических черт, к которым относится и национальная порода собак.

Однако, я хотел бы сказать и о рисках этой глобальной инициативы. Главная опасность (и наша главная болезнь) – бюрократизация любого живого процесса.

Согласитесь, что мы знаем много примеров, когда большие государственные деньги (выделенные, в том числе, и по природоохранным мероприятия) расходывались без ощутимого результата. Так и в данном случае существует угроза того, что национальным проектом займутся некомпететные. Это будет тупиковый путь. Деньги будут потрачены на конференции, на симпозиумы, на командировки за рубеж, на отчеты, презентации и так далее. До собак дело просто не дойдет!

Убежден, что благородным делом сохранения и развития тазы должны заняться те, кого это напрямую касается. Это, прежде всего, охотники.

Дело в том, что собака породы тазы не может существовать и нормально жить вне охоты. И опыт (отечественный и зарубежный) показывает, что охотничья собака будет соответствовать стандартам только тогда, когда она постоянно находится на охоте.

Вот почему в Казахстане вопросами изучения, селекции, применения тазы на охоте целенаправленно занимались охотники. Эта работа активизировалась в 1959 году, когда был создан «КазахОхотРыболовСоюз» . В этом же году был утвержден новый стандарт «Описание признаков среднеазиатской борзой – тазы».

Все выставки – региональные, республиканские и международные, вся племенная работа – все это осуществлялось (и осуществляется до сих пор) обществами охотников. Скажу больше. Вся заслуга того, что мы имеем представление о тазы, как об уникальной охотничьей породе, – во многом заслуга именно «КазахОхотРыболовСоюз» , его правопреемника «Кансонара» и тех энтузиастов, которые это дело вели. И, заметьте – они вели его без всякой финансовой поддержки со стороны государства.


Тазы без охоты – диванная собака

 Почему нельзя отрывать собаку тазы от охоты? Потому что настоящая тазы должна иметь семь охотничьих качеств: резвость бега, бросок, жадность к зверю, маневренность, выносливость, хватку, хорошее чутье. Это достигается только охотой.

И если проблемой развития породы займутся только ученые и чиновники, то есть опасность, что, сохранив и устойчиво передавая какие-то отличительные породные черты (например, экстерьер), мы потеряем ту вековую основу, для которой тысячелетиями поколениям охотников выращивали тазы…

Вот пример. В России есть аборигенные породы собак – лайки. И вот когда-то, в прошлом веке, были созданы питомники по русско-европейской, западносибирской и восточносибирской лайке. Они создавались под патронажем Потребсоюза – главной структуры, которая занималась заготовкой пушнины. В питомниках выращивали собак до взрослого возраста. Но время показало, что щенок, выращенный в питомнике от щенка до взрослой собаки, как правило, вырастал с нарушенной психикой, теряя качества охотничьей собаки. Позже от этой практики полноцикличного выращивания отказались – стали переходить на принцип передачи подрощенных щенков охотнику и проведения на местах – в районах и промхозах – племенных смотров.

Вот почему игнорировать охотничье сообщество при решении задачи восстановления и закрепления племенного материала нельзя.


Объединить науку и практику

 Что мы предлагаем? В рамках только что принятого закона, пока готовятся подзаконные акты и постановления, воспользоваться законом РК «О государственно-частном партнерстве». Нужно создать структуру, куда бы вошли не только государственные предприятия и ведомства, но и общественные организации. В частности – ассоциация «Кансонар», который имеет огромный опыт в сохранении и использовании этой породы собак в практическом смысле.

Включение охотничьего сообщества в процесс сохранения тазы позволит перевести все дело в реальную жизнь, так сказать, на землю, объединить науку и практику. Дело в том, что у нас возник очень неприятный парадокс. Все племенные смотры сегодня культивируются в городе, и связь между сельским и городским охотником разорвана. Городской охотник попросту не может полноценно охотиться с тазы. А для этой собаки жизненно важен простор, важна лошадь, важен ежедневный моцион с пробежкой и проскачкой. Городской охотник не может это делать. Но он может обеспечить хороший качественный уход за собакой, кормление, ветеринарное обслуживание и соблюдение племенных требований для разведения этой породы. С другой стороны, сельский охотник почти ежедневно охотится с этой собакой, но он не имеет тех преимуществ, которые есть у его городского коллеги.

Восстановить эту прерванную связь – так же задача «Кансонара». Нужно построить работу так, чтобы племенные смотры пошли из города в аулы. Племенной материал (возможно, даже выращенный в городе) должен переходить к охотникам. В свою очередь, самые лучшие собаки будут снова переходить в племенной центр как высококачественные производители – и так далее.

Это тем более актуально сегодня, когда мы видим, что численность и черты породности тазы растут. Стремительно возрождается тяга казахов к породистым верховым лошадям-Карабаир (кстати тоже являющиеся национальным достоянием), тяга к охотничьим традициям, и в этих традициях тазы вновь находят свое исконное место, как это было 90-100 лет назад. Напомню, что в конце 30-х годов прошлого века в стране, по данным доктора биологических наук Аркадия Слудского, насчитывалось порядка 7 тысяч собак, имеющих породные признаки казахской тазы. Сегодня в Казахстане проживает всего порядка 600-700 собак этой породы.


Дайте охотнику охотиться!

 Тем не менее, вопрос не состоит только в селекционном собаководстве, не только в описании и утверждении стандарта. Нужны будут изменения в законодательстве. Говоря по-другому, нужна демократизация национальной охоты, чтобы охотник с тазы мог иметь возможность охотиться не только в охотничьем хозяйстве на и на незакрепленных угодьях. Сегодня у нас в Казахстане 220 млн гектаров охотничьих угодий, из которых 110 миллионов закреплены в виде охотничьих хозяйств. 20 миллионов в виде охраняемых природных территорий, где охота не допускается. А сто миллионов гектаров у нас не закреплены. Это те угодья, на которых на сегодняшний день экономически нецелесообразно вести охотничье хозяйство (прекратилась промышленная заготовка пушнины – то есть охота на лису). Хотя там живут охотники с тазы.

И вот представьте себе отгонное животноводство, где сельский охотник держит лошадь, тазы и беркута. Он живет на отгонах, где по закону нет охотничьего закрепленного хозяйства. Стало быть, и все его действия по охоте незаконны. Но, привязанный к своему виду сельскохозяйственной деятельности, он же не может с лошадью, с собакой и беркутом поехать в охотничье хозяйство, купить там путевку и охотиться. Значит, он вынужден охотится там, где он живет – то есть нарушать действующий закон!

Вот почему мы должны в интересах развития национальной охоты разрешить охотиться сельскому охотнику в месте его проживания. Разумеется, под контролем как государства, так и «Кансонара» – ведь мы этого охотника знаем, он и его собака есть в нашей базе данных.

Мы просим разрешить охоту тем охотникам, которые официально зарегистрированы и имеют право на это. Они будут по-настоящему культивировать собак породы тазы совместно с другими заинтересованными организациями.


Интересные факты о тазы представленные известным заводчиком тазы ученым биологом Плаховым К.Н

III тысячелетия до нашей эры

На петроглифах, сохранившихся в горах Южного Казахстана, часто встречаются изображения сцен охоты. Среди собак встречались и тазыобразные – с опущенными ушами и тонким, раскрученным хвостом.


V-XVI вв. н. э.

Часть  поголовья  тазы попадает из Азии на Русь и дает начало породе русская псовая борзая и псовой охоте.


XVII в.

Ученый  и путешественник П.С.Паллас описывает виденных им в Яицком городке  тазы.


1892 г.

Выходит в свет «Охотничий календарь. Справочная книга для ружейных и псовых  охотников»  русского ученого-охотоведа Л.П.Сабанеева,  где  были описаны восточные  борзые:  хивинские, туркменские и киргизские  (казахские)  тазы.


Конец 19 века

Хорошие тазы стоили чрезвычайно дорого: известны случаи, когда калым в 47 лошадей был заменен одной тазы, а за одного кобеля со сломанной лапой давали 9 верблюдов. Охотники с тазы в Казахстане добывали до 20–25 тысяч шкурок лисы и корсака ежегодно (данные: Константин Плахов).


1925 г.

I Всесоюзным кинологическим съездом утвержден стандарт (описание признаков) туркменской и казахской тазы.


1939 г.

Вышла в свет работа А.А.Слудского «Азиатская борзая тазы и охота с ней» – первое официальное представление породы казахская тазы.  По материалам этой работы общее количество тазы в Казахстане достигло к 1939 г. 7000 голов.


1958 г.

В Джамбульском районе Алма-Атинской области состоялась Первая Казахстанская выводка тазы, проведенная Казахским добровольным обществом охотников и рыболовов.

На I Всесоюзной выставке собак служебных и охотничьих пород впервые в истории породы «было показано 12 борзых, отнесенных к казахскому типу. На этой же выставке были представлены данные о добычливости этой борзой и перечень объектов охоты с нею. Так, «с кобелем Джелкуином охотника Нусубали Нурбекова добыто за сезон 97 лисиц, 15 волков, 9 барсуков, 35 сурков, 55 хорей (собаку использовали вместе с беркутом).


1993 г.

По инициативе «КазОхотРыболовСоюза» был проведен государственный учет тазы в системе его организаций, где общая численность тазы по республике составляла 115 собак.


1999 г.

В докладе К.Н.Плахова и А.С.Шелестовой «Аборигенные породы собак Юго-Западной Азии и Казахстана, как полноправные элементы биоразнообразия» сказано о том, что не менее 3-х аборигенных пород собак этого региона вымерли за последние 100 лет и что подобная судьба может ожидать и казахские породы – борзых тазы и пастушеских тобетов. Авторы предложили внести эти породы в Красную книгу Республики Казахстан, как находящиеся под угрозой исчезновения.

Рубрики: Новости